Вопросы по поводу займa из России

Господин Ион  Кику побывал с первым визитом в качестве премьер-министра в Российской Федераций. На меня не сильно влияет символистика первого визита премьер-министра, но я это понимаю.  Я считаю, что наши чиновники должны идти туда, где есть интересы наших граждан и нашей страны. У нас есть интересы в России. Поэтому мы должны общаться с Россией. Важно делать это не для их блага, а для нашего блага.  Итак, если г-н Ион Кику решил, что Москва является его первым пунктом назначения в качестве премьер-министра, в первую неделю после его инвестиций (особенно учитывая, что в других местах его не очень ждут), то и Москва подойдёт.

Один из первых результатов, объявленных после визита, это кредит в 500 миллионов долларов США (который за три дня стал «кредитной линией», но это уже другая история).  Объявление появилось из ниоткуда, так как никто не имел самого малого представления об этом проекте. У меня даже было дежавю, как в дни великих инициатив демократов (например, Кишиневская Арена).

Я начал задавать себе вопросы.  Я обеспокоен тем, что после всего лишь одной недели управления ПД-ПСРМ я понял, что Молдова не управляется прозрачно, и важные решения принимаются или объявляются в одночасье.

Меня интересует, почему о кредите сообщили только частично и почему никто не дает подробностей.  Была сообщена только сумма кредита, но нам сказали, что обо всём уже договорились. Делать так опасно.

Мне интересно, оценили ли наши технократы стоимость и риск ухудшения отношений с Россией, если мы не согласимся с условиями этого кредита.  Мне интересно, если хотя бы кто-то знает все условия. 500 миллионов долларов США не выдаются просто так, после всего лишь час переговоров между двумя политиками.  Когда два политика из двух коррумпированных государств (давайте посмотрим правде в глаза, оба государства очень коррумпированны – и Молдова, и Россия) выходят из собрания и заявляют, что они договорились по деньгам, мы должны быть немного подозрительными.

Мне интересно, откуда возникла эта чрезвычайная ситуация.  Неделю назад мы были еще в правительстве. Тогда в правительстве не было никаких обсуждений по этому кредиту.  Не распространялось даже какое-либо описание этого кредита. Понимаю ли я правильно, что президентура вела переговоры напрямую, строго тайно, не общаясь с другими государственными учреждениями, которые имеют прямые полномочия в этом секторе?

Мне интересно, кто выступил с инициативой.  Был ли это запрос молдавской стороны (на основании каких аргументов?) или предложение российской стороны?  Важно знать и запомнить это, для того чтобы знать, как в будущем общаться с публикой.

Меня интересует, какие конкретные инфраструктурные проекты планируются в 2020 году из первого транша в 300 миллионов.  Говорят, что они определены. Я хочу, чтобы список проектов был опубликован. Мне интересно, как они были определены в качестве приоритета (и кем), и, возможно, мне было бы интересно посмотреть на технико-экономические обоснования для начала.  Мы хотим заимствовать это деньги, которые мы должны будем вернуть, поэтому мы должны быть уверены, основываясь на цифрах и оценках, что выбранные проекты будут генерировать рост.

Меня интересует, какие варианты финансирования были проанализированы для выявленных инфраструктурных проектов.  Наша страна может иметь доступ к очень дешевым способам финансирования. В том числе гранты, даже на инфраструктуру.  Всего несколько лет назад мы получили грант в размере 262 миллионов долларов США от «Миллениум Челлендж Корпорэйшн». Мы получили десятки миллионов из Европейского Союза.  Не кредиты, а гранты, то есть невозвратные деньги. Это не деньги для правителей, а для людей, которые заслуживают лучшей жизни в этой стране. Мы все еще можем получить доступ ко многим другим действительно дешевым грантам и займам, если мы проведем реформы, которые так или иначе необходимы нашему народу.  Я хочу объяснения – зачем брать 500 миллионов кредитов у России, если мы можем получить грант в размере порядка сотен миллионов от американцев?

Меня интересует, как будут определены экономические агенты, которые будут предоставлять товары и услуги, и кто их выберет.  Меня интересует, является ли это “привязанной помощью” (tied aid), потому что это означает, что деньги из кредита должны быть потрачены на товары и услуги из Российской Федерации.  Это также включает в себя тот факт, что экономические агенты, которые могут участвовать в тендерах на инфраструктурные работы, должны быть из Российской Федерации. В таком случае мне было бы интересно узнать, почему по всей Европе немцы и австрийцы строят дороги, а наши технократы за неделю решили, что русские строят лучше.

Примечание: условный кредит неприемлем для Молдовы. Европейский банк реконструкции и развития, Европейский инвестиционный банк, Всемирный Банк и другие традиционные партнеры Молдовы не применяют это ограничение, чтобы позволить большему количеству компаний участвовать в аукционах, даже компаниям из Австралии.  Это увеличивает конкуренцию между предложениями и снижает цену на работы. В результате мы платим более дешевую цену. Кредит наш, поэтому мы заинтересованы в том, чтобы цена была самой низкой.

 Меня интересуют подробные условия кредита:

  • Чтобы оценить льготность кредита, я хочу знать годовую процентную ставку, включая любые другие комиссии за выдачу кредита или его обслуживание.  Оплата до наступления срока платежа, ежегодные комиссии, комиссия за грант и т. д.
  • Срок кредита, льготный период, срок погашения.  Посмотрим, сколько мы заплатим и на сколько лет вперёд.
  • Валюта, в которой будет предложен кредит.  Здесь важно рассказать нам все сразу. Мы в рублях никогда не занимали.  Если кредит предоставляется в рублях, валютный риск является значительным из-за колебаний курса рубля и лея.  Мы заимствуем только доллары и евро, у нас валютные резервы только в долларах и евро. В настоящее время мы не можем позволить себе рисковать доступом к средствам в других валютах, таких как рубль, юань и другие.  С другой стороны, Россия давно проводит политику продвижения рубля на международных рынках. Я не думаю, что мы обсуждаем другие варианты, кроме евро / долларов, но когда мы не знаем деталей, нам нужно рассмотреть все возможности, включая эту, которая может быть самой опасной.

Я заинтересован в чем-то еще. Я хочу знать, предлагалось ли что-нибудь еще в обмен на погашение кредита вовремя. У нас уже есть прецедент, когда Владимир Воронин договорился 10 лет назад о займе в 500 миллионов долларов (тот же кредит?). Посмотрите в Wikileaks 10 лет назад.  Читая этот текст, создается впечатление, что история повторяется. И в пункте 10 Cab Wikileaks г-н Игорь Додон, министр экономики в то время, когда Воронин говорил о кредите в 500 миллионов, параллельно говорил о необходимости приватизации энергетического сектора и о том, как российские экономические агенты могут быть заинтересованы. Обсуждения снова те же?  Я хотел бы узнать.

И в заключение меня интересует, почему необходимо объявить кредит, который не отвечает, хотя бы поверхностно, на эти и другие технические вопросы.  Чем больше неизвестных деталей на момент объявления кредита, тем больше риск того, что это будет просто политическое заявление и кредит к нам так и не дойдёт.  Хороший технократ не будет бросаться такими заявлениями. Технократ – слишком серьезный человек для помпезных объявлений, благодарностей и толкований. Технократ основывается на цифрах и конкретной информации и не делает шоу для прессы.

Замечательно, что российские сановники нашли время в своих загруженных повестках дня, так быстро.  Я не знал, что можно было договориться о встрече с российским премьер-министром всего лишь за два дня.

Я заинтересован еще во многих других вопросах.  Вот такой я, любопытный. Я уже отправил запрос в правительство.

В заключение я не сомневаюсь, что если мы хотим развивать экономику, мы должны получить доступ к ресурсам из-за рубежа.  Я не стану популистом и буду обвинять их в том, что они «ставят страну в долги», как они это делали, когда были в оппозиции.  Важно, у кого мы заимствуем.

Финансовая помощь с запада строго зависит от качественных реформ – справедливости, верховенства закона, экономики.  Чтобы страна развивалась и достигла времени, когда ей не понадобиться помощь.

Финансовая помощь России идет с нулевыми условиями для поддержания коррумпированной системы, для финансирования застойного правительства без каких-либо условий или реформ.  Они пытались сделать так же с Ворониным 10 лет назад. Они пытались и с Януковичем.

Я думаю, что в наших долгосрочных интересах брать кредиты у демократических режимов.  Это наша главная защита, так как финансовая помощь не имеет скрытых условий и соглашений под столом.  Ссуды от демократических режимов поставляются с некоторыми четкими условиями: «Мы даем вам деньги, но вы делаете реформы, которые нужны людям, и мы даем вам деньги».

Ссуды от авторитарных режимов часто сопровождаются некоторыми скрытыми условиями: «Мы даем вам деньги, но вы также даете нам некоторые стратегические объекты за ничего за счет некоторой имитации приватизации.  Вместо этого вы можете использовать кредитные деньги так, как вы хотите. Вы можете украсть из них столько, сколько захотите, мы не будем проверять. Однако вам также нужно будет вернуть кредит. Я имею в виду, не вы. Вы украдете, а люди будут возвращать.